gototopgototop
d731b229
   
Размер текста

Году Российской истории посвящается

Индекс материала
Году Российской истории посвящается
Лучшие работы: Гробовая Галина Николаевна
Лучшие работы: Новопашина Валентина Ивановна
Лучшие работы: Сергиенко Татьяна Андреевна
Все страницы

23 ноября в отделе ЭВЦ проведена встреча, посвященная подведению итогов городского конкурса «Это нашей истории строки», посвященного Году российской истории.

Год российской истории запомнится нам  многими событиями. Музеем, например, были проведены такие мероприятия как конкурс «Моя родословная» в мае, беседы для школьников по истории Отечественной войны в связи с 200-летием Бородинского сражения и открытием в Москве музея истории Отечественной войны. А главным событием для музейщиков и всех игарчан, проявляющих интерес к истории, конечно, стал городской конкурс «Это нашей истории строки». Он был объявлен еще в начале года и исследователи, как молодого возраста, так и преклонного, стали выбирать себе темы для работы. Было предложено 15 тем по истории города,  истории семьи. Среди них  «Герои полярной авиации», «Фронтовые реликвии», «Почетные граждане», «Забытые улицы», «История города: люди и события»; «Подвиг его бессмертен (к 70-летию со дня гибели в бою Петра Барбашова)» и другие.

Требования были предъявлены к работам высокие: самостоятельность суждений, новизна материалов, фактов, умение раскрывать тему, наличие документальных подтверждений, предметов. Для тех, кто избирал жанр мемуарных воспоминаний (а это, как правило, люди старшей возрастной группы) обязательным было достоверное изложение фактов, подкрепленное детальными описаниями, рассказами очевидцев.

В конкурсе принимали участие 12 исследователей.  Число  представленных работ - 14, так как 2 участника представили по 2 работы.

Итоги подводились по 3-м возрастным категориям:

  • 12-15 лет
  • 16-18 лет
  • Старше 20 лет

Каждый участник представил свою оригинальную работу, кроме того, подготовил документы, фотографии, предметы по избранной теме. Каждый номинант должен был течение 3-5 минут рассказать о своей работе – почему выбрал именно эту тему, что нового нашел, как это ему удалось, каковы результаты, что лично ему дала эта деятельность.

Старожилы города выступили первыми. Педагог СОШ им. В.П. Астафьева Татьяна Андреевна Сергиенко представила 2 работы «Пожар 1962 года» и «Школьные годы».  Она рассказала о том, каким сложным был июль 1962 года, когда в Игарке горела биржа пиломатериалов и новая часть города.  В результате пожара пострадали многие люди, паника, которая охватила город, страх перед стихией заставили даже иностранные суда отойти от причалов и покинуть протоку, не оказав помощи игарчанам. Татьяна Андреевна опросила многих очевидцев, записала их рассказы, описала многие детали того, что происходило в городе в тот период. Характеристика события получилась очень эмоциональной и в то же время тщательно, подробно изложенной. Данная тема не имела пока подобных описаний и детализации.

Гробовая Галина Николаевна познакомила всех с работой, которую она назвала  «О городе, о доме, о семье». Несколько глав повествования автор посвятила воспоминаниям о жизни города в 50-80-е годы. Описания детского восприятия жизни в деревянной Игарке, быта семьи, школьной жизни дополняются  наблюдениями за тем, как выглядел город, как мужали молодые люди, какие кадры работали на основном предприятии – Игарском лесопильно-перевалочном комбинате, как передавались лучшие традиции, навыки и воспитывалась молодежь. Г.Н. Гробовая показала инструменты, которые бережно хранит ее семья – с ними родные приехали в Игарку, к ним с уважением относились все поколения.

Валейн Валентина Михайловна представила на конкурс работу  «Мой дядя – Корсак Виктор Александрович». Она значительно расширила границы той информации, которая до настоящего времени была известна о Почетном гражданине города, первостроителе В.А. Корсаке.

Гришина Надежда Павловна подготовила воспоминания «Бойцы вспоминают минувшие дни» - о лучших традициях комсомола, собственном опыте работы в комсомольской организации. Фотографии и предметы, которые были представлены ею на выставке, ярко иллюстрировали насыщенную, переполненную задором и энергией жизнь патриотически воспитанной молодежи.

Свои воспоминания представила на конкурс одни из старейших жительниц города Валентина Ивановна Новопашина, она назвала их «Город и люди, которые мне дороги». Свой рассказ Валентина Ивановна посвятила тем людям, с которыми ей довелось работать в молодые годы при создании общественного совета интерклуба,  затем формировании его коллектива. Она знала многих руководителей города, в том числе, Павла Стефановича Федирко.  Многих руководителей советского периода отличала высокая ответственность, дисциплина, что помогало развивать город, нравственно воспитывать молодежь.

Лариса Львовна Трунова, педагог СОШ им. В.П. Астафьева, рассказала всем о своем поиске, который был посвящен герою Советского Союза  Барбашову Петру Парфеновичу. Подвиг, который он совершил, не может забыть спустя уже 70 лет не только население Игарки, но и далекие жители Владикавказа, где погиб герой и где установлен памятник. Автору работы удалось уточнить многие детали, о которых мало было известно доселе. Помогло даже случайное знакомство во время отпуска с жителями Владикавказа, благодаря новым знакомым удалось получить много новой информации, которая, несомненно, очень важна.

Молодые исследователи представили работы в двух возрастных категориях.

Самая юная участница конкурса – Татьяна Толстых (ей всего 10 лет), подготовила работу по очень серьезной теме «Герой полярной полярной авиации – Молоков» (руководитель Брызгина Елена Николаевна, ДЮСШ). Юная участница очень волновалась, ей трудно было своими словами рассказать о том, каким долгим и трудным был путь героя полярной авиации, но на вопросы жюри она отвечала уверенно.

В этой же возрастной категории свою работу «Забытые улицы» представил Антон Захарка (руководитель Инга Вячеславовна Короткова, ЦДТ). Это исследование Антон посвятил двум улицам – Октябрьская и Экспортная. Некогда шумные и красиво застроенные улицы не просто потеряли свой облик. Одна из них Экспортная стала называться Большого Театра, на ней сохранились только музейные строения. А улица Октябрьская, бывшая некогда даже центральной в городе, практически полностью снесена. Автор размышляет о том, знает ли молодое поколение старые названия улиц, почему красивые названия уходят и остаются лишь номера микрорайонов.

Кальтюгин Роман представил 2 работы (руководитель Брызгина Елена Николаевна ДЮСШ). Одна из них - «Герои полярной авиации». Она посвящена рассказу о том, как волонтеры ДЮСШ занимаются поиском погибших летчиков, которые были захоронены на острове «Игарский».

В  возрастной категории от 16 до 18 лет также было 3 участника.

«Игарка – родина полярной авиации». Так называется работа Станислава Аксенова (руководитель Татьяна Григорьевна Забрыгина, СОШ им. Астафьева). Станислав рассказал о том, как он ведет свой поиск материалов по истории полярной авиации. Сделать это бывает очень сложно, так как архивов в городе нет, необходимо искать очевидцев, участников развития полярной авиации. Автору это удается, хотя работа впереди предстоит еще серьезная.

Гаврилова Софья (руководитель И.В. Короткова, ЦДТ) познакомила всех с работой «Алешкина А.С. – Почетный гражданин города». Как оказалось, Софья познакомилась с Анной Степановной случайно, она готовила интервью с нею, многие ответы тогда просто поразили. Захотелось более подробно узнать, как сумела молодая девушка-педагог стать не просто любимицей многих детей,  взрослых, но и настоящим примером для многих игарчан. Приятно было слышать на подведении итогов конкурса слова благодарности за внимание к старшему поколению от самой Анны Степановны Алешкиной. Несмотря на преклонный возраст, она всегда готова помочь молодежи, принять участие во встрече с нею.

Еще одна работа была посвящена Почетному гражданину города Игарки. Рахимкулов Александр (руководитель Н.А. Исаева,  ДЮСШ, подготовил исследование «Почетный гражданин города Игарки -  Иван Яковлевич Митасов». Не так часто мы говорим слова благодарности в адрес врачей, которые по сути отдали жизнь работе в крайне трудных условиях Севера. Постоянные перегрузки, отсутствие необходимого современного оборудования и отдаленность от крупных больниц заставляют выкладываться наших докторов сверх человеческих сил. Пример высокого профессионализма, полной отдачи сил своему делу показал хирург Иван Яковлевич Митасов. Как правило, мы мало знаем о таких людях. Александр Рахимкулов постарался восполнить этот пробел. Ему удалось найти многие документальные подтверждения того, что тихий и скромный доктор маленького заполярного города стал по сути примером для подражания. Все присутствующие почтили память о Митасове и многих других игарчанах, которыми гордится город, минутой молчания.

В числе победителей конкурса были названы Галина Николаевна Гробовая, Татьяна Андреевна Сергиенко, Лариса Львовна Трунова, Александр Рахимкулов, Антон Захарка, Станислав Аксенов. Все участники конкурса получили ценные подарки, Почетные грамоты главы города Игарки и благодарственные письма Музея вечной мерзлоты.

Конкурсные материалы

Скачать материал в формате .doc: (1.4Мб) «Это нашей истории строки» автор: Трунова Л.Л. Учитель английского языка «СОШ г. Игарки» имени В.П. Астафьева  Скачать

Скачать материал в формате .doc: (1.4Мб) «Почетный гражданин города Игарки – Митасов Иван Яковлевич» автор: Рахимкулов Александр  Скачать

Скачать материал в формате .doc: (2.4Мб) «Забытые улицы» автор: Захарка Антон, 14 лет, учащийся объединения «Пресс-центр» МКОУДОД «ЦДТ г.Игарки»  Скачать  

Музей благодарит ООО «Игарская Стивидорная компания» за оказание спонсорской помощи в приобретении ценных призов.

  


Автор Гробовая Галина Николаевна

О городе, о доме, о семье …

С 1949 года наша семья проживала по улице Трудовая № 51, впоследствии переименовали, и она стала Пионерской. Но мне лично она ближе и дороже именно, как улица Трудовая, потому что на этой улице с рабочим названием прошли мои счастливые годы детства и юности.
В старом городе, в основном, были одноэтажные дома, построенные из деревянного бруса или досок с простенками, засыпанными опилками.

Вот в таком доме и жила наша семья из шести человек.

Он стоял на высоком месте, окна были расположены на юг, они, конечно, по сравнению с нынешними окнами были очень маленькими, и мы, дети, очень любили смотреть через них на звездное небо зимой. По нему в те далекие годы очень часто зимой полыхало северное сияние, которое переливалось всеми цветами радуги и папа нам говорил: «Вот смотрите, по небу идет белая медведица». И мы искали на небе, веря в то, что действительно по небу где-то идет белый медведь.

Но вернемся к нашему жилищу. Заходя в наш дом, мы попадали в сени, то, что сейчас называют прихожей. В них хранилось все, что заготавливалось на длинную, полярную зиму. Березовые веники висели под потолком и при входе в сени, запах леса ощущался всю зиму. На полу стояли бочонки с рыбой, маленький бочонок красной икры, варенье из черники и смородины, квашеная капуста, соленые и маринованные грибы. Дрова заготавливались летом и после просушки складировались в сарай, в который можно было пройти прямо из дома. Заготовка дров вручную занимала очень много времени и сил. Наш отец, Кочетов Николай Тихонович, был мастер на все руки, он соорудил механизированную распиловку дров. Это такое приспособление с большой круглой пилой, называли «циркулярка», что-то на подобии современной бензопилы, а это было только начало пятидесятых годов. Отец распиливал бревна на чурки всем соседям, и они были благодарны ему за это. Надо сказать, что люди тех лет относились друг к другу намного доброжелательней и всегда приходили на выручку друг другу, если это было необходимо.

Из сеней нашего дома можно было попасть в стайку, где жила наша свинка Машка. Каждый год она приносила около десяти поросят. После того, как они рождались, мама заносила их в дом и укладывала в деревянный ящичек, около печи. Мы, ребятишки, собирались вокруг них и глазели на эти маленькие, розовые комочки. Подрастив их немного, поросят продавали на рынке, оставляя себе не больше двух.
Рынок старого города, был недалеко от комбината, он выглядел, как настоящий рынок. Это были прилавки, крытые крышами, где продавцы могли укрыться в дождливую погоду. На продавали все и рыбу, и мясо, и молоко, и сметану, и яйцо, и всякую растительность с огородов и леса, и поросят и курей. Множество людей, после работы заходя на рынок, могли купить для своей семьи все, что ей было необходимо. Мне тоже не раз приходилось перевоплощаться в продавца, я продавала на этом рынке дикий лук, который собирала на берегу Енисея. Его с удовольствием разбирали в миг, иной раз я не успевала дойти до рынка, мой тазик был пуст. Вот так своим трудом я заработала себе на велосипед, который стоил в то время 35 рублей.


Свой новенький велосипед я заводила в наши сени, где он сохранялся от дождя и снега многие годы.

Из сеней была дверь в дом. Отсюда мы попадали в маленькую кухоньку и комнату. Надо сказать, что печь занимала главное место в нашем домике. Она была расположена так, что все пространство, состоящее из кухни и комнатки-спальни, обогревалось, а мы, ребятишки, старались занять теплое местечко около обогревателя, той самой печи, где стоял большой сундук. Нередко мы укладывались спать именно на этот сундук, так как от печи всю ночь шло спасительное тепло, которого всем нам не хватало студеной зимой. Мы любили смотреть на пылающие дрова в разгоревшейся печи. Она была для нас хранительницей очага, на ней мама готовила пищу, она была у нас классная стряпуха. Сколько вкуснейших пирожков и всевозможных булочек и рулетов было выпечено мамулей. Такую ораву ведь надо было чем-то кормить. Особенно мне запомнился манник, который мама выпекала на большой чугунной сковороде, аромат от него распространялся по всему дому, а мы, как галчата, сидели за столом и ждали, когда этот чудо-манник наконец-то вынут из печи и разрежут на кусочки, которые мы затем с большим аппетитом будем уминать за обе щеки.

Кроме нас в доме проживала и наша живность. На кухне стоял стол, сколоченный нашим отцом , мебели в Игарке в продаже не было. В углу на кухне был курятник, в жили наши курочки, они несли нам вкусные яйца. Я была старшей из детей, и у меня были свои трудовые обязанности - ухаживать за этими курочками. Мне приходилось забираться в курятник. Сначала я боялась петуха, который был очень агрессивен, ведь он защищал своих курочек. Но со временем боязнь прошла, я выметала курятник, насыпала свежих опилок, а куры в это время сидели на нашестах и, кудахтая, смотрели на меня сверху вниз. После уборки было приятно наблюдать за ними, как они купаются в приятно пахнущих опилках, которые я им насыпала после уборки. На курятнике висела занавесочка, на ночь она задергивалась, чтобы курочки угомонились на ночь, а ранним утром петух будил нашу семью своим истошным криком. Каждую весну мама выводила цыплят, и они какое-то время жили со своей мамой-наседкой на кухне. Наблюдать за маленькими желтыми пушистыми птенцами было одно удовольствие. При малейшей опасности цыплята мигом залезали под свою маму и выглядывали оттуда. Опасность исходила от нас, детей, нам всем непременно хотелось поймать это маленькое, красивое, желтенькое чудо и подержать его в руках. За лето они превращались в петушков и курочек. Все лето мы охраняли своих цыплят от ястребов. В те времена их было множество, они летали над домами, выискивая себе добычу. В каждом дворе были и курицы, и цыплята, а значит, было чем поживиться ястребкам. Сейчас, наблюдая за природой, я не вижу ни ястребков, ни снегирей, ни гусиных косяков, которые пролетали весной и осенью над нашими домами.

Дальше в комнате располагались три кровати, стол, сундук и тумбочка. За столом мы с сестрой делали уроки. Очень часто нам приходилось их делать при зажженных свечах, так как в домах отключали электричество и зачастую жители старого города пользовались керосиновыми лампами или свечами. На стене в кухне висел круглый черный репродуктор, из него разносились песни военных лет и детские передачи, все их слушали с большим интересом. Телевизоров в то время не было и радио было единственным источником информации в наших домах.

С приходом весны, когда солнце начинало уже пригревать, извещая о том, что зима идет к концу, мы высыпали на улицу и устраивались, как воробьи на завалинке, чтобы погреться под лучами теплого весеннего солнца. После длинной зимы наступало жаркое лето. И несмотря на тучи комаров и мошек, которые не щадили никого - ни детей, ни взрослых, это было самое счастливое время моей жизни.

В памяти сохранились незабываемые летние дни, когда папа усаживал всех и взрослых, и детей в лодку и доставлял все наше большое семейство на остров Игарский. У нас в Игарке было много родственников по маминой линии. Мы всегда с нетерпением ждали выходных дней, солнечной погоды, чтобы ничто не помешало нам опять оказаться на чудо-острове. Нам всем вместе было весело и радостно проводить эти короткие, летние дни. Это место было своего рода игарским пляжем, многие семьи в выходные дни отдыхали на природе. Те, кто не имел своих личных плавсредсв, мог прибыть на остров на катере « Ушаковец», который занимался доставкой в выходные дни всех желающих на остров.

В июне начиналась огородная пора. Мне бы хотелось довести до сведения читателя, что в те годы в город картофель не завозился. Игарчане выращивали его на своих огородах.

Наша семья не была исключением. На своем большом огороде, который располагался перед домом, с южной стороны, мы выращивали картофель, там же росли грядки с репой, морковью, горохом, турнепсом, редисом, луком, укропом. Особенно мне запомнилась грядка с маком. Она ярким пятном сияла на нашем участке. Огород был огорожен забором, чтобы стада лошадей и коров, которые бродили по улицам старого города, не забрели случайно на наши посадки и не потоптали их. В огороде отец установил железную печь, и в летний период она использовалась для приготовления пищи, так как в домах печи не топились из-за невозможности спать в жарко натопленной избе. А самое главное, была экономия дров, печи топили щепой, привезенной к домам с лесокомбината, и наша задача была отсеять опилки от щепы. Опилки шли на засыпку завалинок и простенок, а щепа служила дровами. Огороды были почти в каждом доме по нашей улице Трудовой. А таких улиц в старом городе с маленькими домиками было большинство, это улицы Пролетарская, Советская, Школьный тупик, Дальняя, Смидовича, Большого и Малого Театра, Логовая, Красноярская, весь второй участок, литовский поселок.
Наши дома, видимо, были построены еще спецпереселенцами в 30-е годы, когда их привозили на баржах, на безлюдный берег нашей протоки. Сколько же труда было затрачено для того, чтобы построить эти домишки, разработать и удобрить землю, чтобы она впоследствии давала хорошие урожаи. Это наводит на мысли, что спецпереселенцы и, так называемые кулаки, были людьми трудолюбивыми и мастеровыми. И наша семья относится к раскулаченным, так как в 1929 году Гробовой Тихон Андреевич, отец моего мужа, был сослан в Игарку. Ему пришлось в прямом смысле слова вгрызаться в мерзлую землю, копать землянку по улице Советской, в которой семья прожила до 50-х годов. Сам он ушел добровольцем на фронт и погиб в декабре 1942 года под Сталинградом, защищая Родину.

Но те огороды, которые были разработаны раскулаченными и спецпереселенцами, прослужили не одному поколению и не один десяток лет. На них выращивали хорошие урожаи картофеля. Сохраняли его всю зиму в подпольях, которые тоже были вырыты под домами.


Все было обустроено ссыльными людьми на своих подворьях с умом. Не надо было выходить в студеную зиму на улицу, все было сооружено под одной крышей.
А теперь о воде. Вода - важнейший элемент в жизни человека, без которого ни один живой организм не способен выжить. Водопровода в городе не было. Единственное место, где можно было набрать воды, это была водокачка, расположенная около бани. Память перелистывает картинку прошлого, как я с папой на нартах, запряженных нашим верным псом Пиратом, и бочкой, установленной на сани, приезжали на улицу Смидовича, где из большого шланга, подвешенного на деревянные опоры, можно было набрать воды. Отец заливал полную бочку и сверху накладывал деревянный кружок, чтобы при транспортировке вода не выплескивалась. Белье мама стирала в большом корыте талой водой вручную, шоркая его на большой железной доске. Воду получали из снега, нагревая в больших баках на печке. И нас, четверых детей, тоже купали в этой же талой воде, благо снегу-то в нашем родном городе во все времена было более, чем достаточно. Зимой иной раз воду подвозили на санях, запряженных лошадью. Извозчик, сосед по нашей улице, дядя Сережа Мазуров, одетый в большой овчинный тулуп, подпоясанный красным кушаком, разливал воду ведром, прикрепленным к длинной палке. Вся бочка была покрыта льдом от того, что при разливке воды в ведра она выплескивалась на бочку и тут же замерзала. Его лошадь представляла из себя сказочный персонаж. Сверху на ней была накинута попона, которая вся была в куржаке. От шел пар во все стороны, а огромные глаза с длинными ресницами и морда были белыми от инея. Лошадь моргала глазами, фыркала и топталась на месте, видимо от жгучего мороза. За ней я наблюдала, обычно выглядывая из-за забора. Мне не хватало смелости выйти и погладить эту трудолюбивую лошадку, которая всю зиму обеспечивала нашу улицу, водой. В летний период многие пользовались водой из колодцев, которые выкапывали сами на своих подворьях. Она была необходима для поливки грядок на огородах. Мы, ребятня, тоже участвовали в этом, черпая ведром на длинной веревке воду из глубокого колодца, переливали в лейку и бегали между грядок, поливая свои посадки.

Заготовка сена для скота в летний период, в которой участвовала большая часть населения старого города, была важным периодом в жизни горожан. На покосы многие ходили пешком, не у всех были лодки, а это ни много ни мало район Черной речки и Губинская протока, порядка более десяти километров. Шли не налегке, а несли на себе и косы, и продукты, чтобы подкрепиться после трудового дня. Наша семья каждое лето помогала маминой сестре, Якимовой Анне Михайловне, в заготовке сена, но пешком мы не ходили. У нашей семьи была большая лодка, отец сам склепал из листов железа. Она была большая и вместительная, на ней мы в количестве более десяти человек и добирались до Прямого ручья на Черной речке. Взрослые косили сено, а мы, дети, ворошили его граблями , переворачивая из стороны в сторону и собирали в копны для просушки. Затем взрослые метали зароды, а мы, дети, забирались на самый верх этого сооружения и прыгали, что есть мочи, утаптывая сено, чтобы осенние проливные дожди не испортили его. Сметать добротный стог, для хранения сена было своего рода искусством, и не каждый его мог соорудить мастерски. Но наш стог всегда выглядел, как свечка, и никакие дожди и ливни ему не были помехой. Сено всю зиму было зеленое и душистое.

После трудового дня и взрослые, и дети с визгом и восторгом прыгали в воды Черной речки. Нам всем было весело и радостно нырять и купаться в чистой воде

этой речки. Кто начинал удить рыбу, из нее потом варили уху, которую с аппетитом уплетали все. Как все это было недавно, а ведь прошло уже более полувека.
Возвращаясь с покосов в город, нередко мы слышали звуки гармони. Проходя по улицам старого города, все жители наблюдали результаты труда людей, чистоту и порядок вокруг домов, поленницы дров около заборов, на лавочках вечерами собирались, как взрослые, так и детвора. То там, то тут люди пели песни и радовались жизни.

Это были послевоенные годы, годы созидания и надежд на светлое будущее.

В старом городе были и такие семьи, которые не занимались подсобным хозяйством. Они жили, в основном, в двухэтажных домах, но их было очень мало. Несколько домов по центральной улице Шмидта, по улице Кирова, по улице Сталина (Таймырская), по улице Чкалова. Самая главная улица старого города – Шмидта - была выстелена деревянным брусом. С двух сторон этой улицы были уложены деревянные тротуары.
Прекрасно помню детский сад по улице Шмидта и длинные гудки, которые разносились по утрам с лесокомбината, будя жителей на трудовые подвиги. Люди шли на работу, на самое большое и престижное предприятие города - лесокомбинат. На нем работало около 2,5 тысяч человек, а в летний период навигации, когда производилась отгрузка пиломатериалов, численность работающих доходила до пяти тысяч человек. Кроме лесокомбината в городе было много и других предприятий. Это, например, СУ «Игарстрой», название которого говорит само за себя, авиапредприятие, Игарторг и Рыбкооп, последние две - торговые организации, они снабжали жителей города продуктами питания и всеми необходимыми товарами потребительского спроса.
У нас в старом городе мне особенно запомнилась «пожарка» и то, как мы, ребятня, бегали смотреть на пожарного в сверкающей на солнце каске. Он ходил из стороны в сторону на вышке, высоко над землей . Он нес дежурство и в случае пожара начинал звонить в большой колокол, который был подвешен у него над головой.
Был в городе и свой кирпичный завод, где изготавливали кирпич, ведь он был очень необходим нашему городу, во всех домах было печное отопление.

Была в Игарке «Судоверфь», где строили баркасы и суда для рыбаков. На них занимались выловом рыбы на Енисее и многочисленных озерах, расположенных на нашей территории. Работал в то время и рыбозавод, на котором трудилось много людей, они перерабатывали рыбу, добытую рыбаками, которая затем поступала в магазины, тем самым, решалась продовольственная программа в городе. Хлебозавод был не только в городе, но и в совхозе. Совхозный хлеб пользовался большим спросом у населения, это были большие, вкусные, ароматные булки, не такие, как выпекали в городе. Запомнилось предприятие, которое называлось «Графитка», на нем велась обработка графита, а также пошивочное ателье, где жители могли пошить себе по индивидуальному заказу как верхнюю одежду, так и всевозможные летние наряды.

Почта и телеграф размещались на углу улиц Сталина (Таймырская) и М. Театра. Наш город был читающим. Моя мама, Кочетова Клавдия Михайловна, всю жизнь проработала на почте, в отделе доставки. Я не раз ходила на почту и помогала ей в сортировке корреспонденции. В город в то время доставлялось очень много почты, а это и газеты, и множество различных журналов и книг. Нередко в городе можно было встретить почтальонов с туго набитыми почтовыми сумками.

Магазинов в старом городе было около десяти, не говоря уже про новый город, обеспечивали наш город всем необходимым на целый год, ведь никакими самолетами и зимниками, как это делают коммерсанты в настоящее время, завозов не производилось. Город мог спокойно пережить продолжительную зиму до первых пароходов, которые с приходом навигации начинали доставлять в наш город всевозможные грузы.

Наши продовольственные магазины удивляли своим разнообразием продуктов питания всех приезжающих в наш город людей. Обычно они покупали в наших магазинах рыбу, как копченную, так и свежую, которая пользовалась у них большим спросом.

Но, оставим наши магазины и вспомним, как жили и работали наши деды и родители. Все население города работало, безработных, о которых мы сегодня слышим из средств массовой информации, в городе не было. Каждый мог пойти и трудиться на благо своего города.
Все старшеклассники начинали свою трудовую деятельность, будучи в школе. На уроках труда их начинали учить трудовым специальностям. Организовывались группы старшеклассников, желающих приобрести ту или иную специальность.

На лесокомбинате была своя курсовая база, где и проходило обучение молодёжи. После окончания школы всем прошедшим курс обучения, присваивались рабочие разряды, и они могли после окончания школы идти и работать как на лесозаводы, так и в цеха самого большого предприятия города.
Я тоже после окончания школы получила первый разряд токаря, так как я единственная девчонка в классе почему-то выбрала именно эту профессию, может в силу того, что мой отец был классным токарем и привил мне любовь к металлу. Я очень часто, бегала к нему в механический цех и смотрела на то, как он работает.

Мне нравилось, как металлическая стружка бежит из-под резца и металл принимает ту форму, какую ты ему задаешь. Тринадцать лет своей трудовой жизни я посвятила обработке металла, работая в механическом цехе лесокомбината токарем. Позднее окончив политехникум и получив диплом, я перешла работать экономистом в отдел снабжения лесокомбината. Тридцать лет отдано родному предприятию, и я горжусь, что и моя частичка труда была внесена в трудовую летопись ЛПК.

Рабочий стаж нашей семьи на этом предприятии, выльется более чем в 180 лет. Моя бабушка, Наумкина Василиса Поликарповна, отработала более 30 лет, мой отец - Кочетов Николай Тихонович, отдал комбинату 40 лет жизни, муж - Гробовой Владимир Тихонович - отработал 44 года, сестра - Бессуднова Людмила Николаевна - 25 лет, брат - Кочетов Петр Николаевич - более 20 лет.
Но возвращаясь к жизни наших игарчан, надо вспомнить, что не только трудовая, но и культурная жизнь города била ключом. Кинотеатры, а их в старом городе было три, в том числе, в новом городе - два, посещались зачастую так, что свободных мест в зале не было.
Дети смотрели фильмы в выходные дни, в дневное время суток. Борьба за билетик в кино была нешуточной. Огромная орава ребятишек, толкаясь и громко голося, пробивалась к кассе за заветным голубым листочком бумажки, дающим право на вход в кинозал.

Детские библиотеки, дома пионеров, в которых работали различные кружки, посещало множество детей. Всем находилось дело по душе. Кто мастерил авиамодели, кто вышивал крестиком и гладью, кто мастерил шкатулки из дерева. При Доме культуры лесокомбината был свой детский театр. Создавались целые спектакли. Они демонстрировались на сцене этого прекрасного очага культуры города, зал на пятьсот мест обычно был полностью занят. Тем, кому не хватало кресел в зале, садились прямо на ступеньках зала.
Все мероприятия по чествованию знаменательных дат проходили торжественно и при многочисленном скоплении народа. В город нередко заезжали знаменитые личности, это и артисты, и писатели и даже сам Вольф Мессинг, на чьем концерте мне довелось побывать лично.
Известен был в городе Музей вечной мерзлоты, который посещали не раз за годы учебы игарские ученики.
Достопримечательностью старого города, был прекрасный стадион. На в летний период проходили спортивные мероприятия. Все трибуны были заполнены болельщиками. Их громогласные крики в поддержку играющих разносились далеко за пределы стадиона. На стадионе в своё время выступал известный ансамбль танца Сибири. Мне тоже посчастливилось присутствовать на этом представлении. В зимнее время стадион заливался водой для образования ледяного катка. В новый год в центре стадиона устанавливалась новогодняя елка и возводилась ледяная горка, с которой дети и взрослые с радостью катались, как на коньках, так и на санках. Демонстрации в честь Октябрьской революции, 1-го Мая и 9-го Мая проходили на этом стадионе, над митингующими летал самолет АН-2 и разбрасывал разноцветные листовки. Это потом, позднее, все демонстрации стали проводить в новой части города после того, как появилась в городе площадь Ленина.

В середине 60-ых годов в старом городе был построен спортивный зал лесокомбината, в нем проводились массовые спортивные мероприятия, работали разнообразные спортивные секции. В старом городе были и библиотеки. Они размещались в каждой школе и по улице Сталина (Таймырская).
В старом городе было две школы №1 и №4. В них обучались все дети старого города и совхоза « Игарский». Мне довелось поучиться в обеих школах. Моя первая школа была с восьмилетним образованием, девятый и десятый класс я заканчивала в школе №4.
В конце своего повествования, мне хочется пофамильно вспомнить всех наших соседей, проживавших по улице Трудовой. Это Кильенасы, Дудченко, Мазуровы, Алексеевы, Забуго, Почекутовы, Новиковы, Смеховы, Сухоплюевы, Понарины …

Все эти люди были великими тружениками, у многих были большие многодетные семьи. Успевали трудиться всюду - на производстве и дома. В летний, короткий период необходимо было заготовить дрова на зиму, накосить сено для скота, собрать грибы и ягоды, заготовить рыбу, посадить и собрать урожай.
Эти люди жили и трудились на благо нашего города.

В конце 60-ых годов в Игарке стали возводить новые жилые дома, теперь уже многоэтажные.
Но это уже следующая страница истории нашего города….

 


Автор Новопашина Валентина Ивановна

ГОРОД И ЛЮДИ, КОТОРЫЕ МНЕ ДОРОГИ

5 апреля 1964 года я приземлилась в белокаменной Игарке (так, по-моему, называл 1-й секретарь горкома партии П.С. Федирко) и осталась здесь жить надолго. Мне довелось работать с разными людьми в разных организациях, многое увидеть. Более всего мне хотелось бы рассказать о хороших людях. Ведь именно они строили город, который мне дорог.

Начну я с березок, что мы садили на площади у памятника В.И. Ленину. В городе много таких мест, где деревья посажены уже после того, как были застроены улицы. Вот так же появились и березы у памятника Ленину – целый парк. Это замечательное место всегда радовало глаз игарчан, которые приходили сюда на демонстрации. Это был по сути центр города в 50-80-е годы. Рядом находилось педагогическое училище, была даже танцплощадка летняя рядом. Центральными улицами считались улица Октябрьская, которая вела вниз к протоке, а также улица Карла Маркса, на которой располагались горком партии, педучилище. Улицу Карла Маркса я помню еще в деревяннеых досках.
Деревья высаживали во время субботников, коллектив, в котором я работала, был всегда активным в таких делах. И вдруг мои коллеги подходят ко мне и говорят, что 2-й секретарь горкома комсомола В. Кунгурцев (бывший работник гидробазы) сказал, что мы пропускаем субботники. Я подошла к нему и смело сказала, что мы пока ни одного субботника не пропустили. Видимо, только после этого меня заметили. Уже в мае 1964 года меня утвердили председателем совета при интерклубе (заседание интерклуба по созданию совета проходило в актовом зале в старом здании исполкома). В актив вошли врач-педиатр А.Д. Стельмах, главный врач СЭС водников Н.П. Боярова-Чернышова, инженеры аэропорта Игорь Костылев, Валера Поворго, работники гидробазы - Литвинов, Колобов и другие. Это были очень грамотные люди. Все они были с высшим образованием. А Елена Борисовна Гуртовая была директором интерклуба, тогда в штатном расписании было не более 5 работников, а все остальное ложилось на плечи актива. Прекрасный администратор клуба был Федор Петрович Зенченко. Он занимался хозяйственной деятельностью и был очень хороший организатор. А вот активистам из совета приходилось помогать клубу, совмещая это с основной работой. Например, Нина Петровна Боярова-Чернышова по своей должности главврача СЭС обязана была следить за порядком на кораблях, она проверяла суда, даже иностранные, имела большие полномочия. И когда она занималась своей основной работой, попутно спрашивала экипаж, что их интересует больше на отдыхе в Игарке: экскурсии, вечера встреч и т.д. Ходили в мерзлотную станцию, на рыбалку ездили и вечера устраивали. Иностранные корабли приходили приблизительно до 1969 года, потом с 1970 года приходить стали советские суда. С 1971 года у клуба моряков приставка «интер» исчезла, иностранных моряков уже не было. Я работала директором интерклуба с 1967 года по 1972 год, затем ушла опять в связь.
Строить работу в интерклубе было непросто. Отношения с моряками были под контролем, не разрешалось покупать у них какие-то вещи, что-то брать, бывали случаи, когда людей обвиняли в «несоветском» отношении к морякам и даже увольняли за это.
Но проходили у нас мероприятия всегда интересно, на подъеме. Много интересных людей было в Игарке – Р.В. Горчаков, Л.А. Барановский, И. И. Оширова, педагог педучилища, их приглашали. И особенно много проводили встреч с экипажами Архангельского, Ленинградского пароходства, очень жаль, что нет записей того времени. Очень мало даже фотографий.

Мы очень хорошо общались с Архангельским пароходством с 1968 года, они нам оказывали финансовую помощь. Мне очень помогал в работе Г.Н. Стойко, который был в Игарке с 1967 года председателем горисполкома. Поддержку оказывал серьезную и Д.З. Соболев, 1-й секретарь горкома партии, который работал поселе Федирко. Но надо сказать добрые слова в адрес и других руководителей. Например, Н.А.Никоненко, директор Игарского ЛПК, помог установить контакты с двумя фабриками, на одной были заказаны для клуба журнальные столики, на другой - кресла, здесь непосредственное участие принял Аркадий Савельевич Мельничук. А Александр Николаевич Лоренц помог через торговый отдел ОРСа приобрести муз инструменты: контрабас, саксофон и т.д.
Нам, молодым руководителям, помогали руководители, которые были выше нас не на одну голову, это начальник речного порта Вячеслав Константинович Мариниченко, начальник гидробазы Федотов Юрий Феофанович. При мне делали капитальный ремонт, заканчивал его Семен Ефимович Добромыслов, руководивший СУ «Игарстрой». При этом молодые имели собственное мнение, хотя не все решались его высказывать.
Павел Стефанович Федирко – значимая фигура для Игарки. Он был 1-м секретарем горкома партии с 1962-65 гг. Занимался ликвидацией последствий пожара 1962 года, строительством жилья, открыл телецентр и телестудию в Игарке. Он часто говорил: «Интерклуб в Игарке – лицо города, края и страны». Было построено новое здание, потому что было много нареканий на то, как в Игарке встречают иностранцев, какой досуг им предлагают. То есть открытие интерклуба было событием в каком-то смысле политическим. Когда открывали в 1964 году интерклуб, привезли новую мебель из Москвы, Павел Стефанович лично занимался этим.

Известно также, что лично Федирко занимался открытием телецентра и созданием телестудии в Игарке. Это было время развития телевидения. Конечно, для далекой заполярной Игарки телевидение очень многое значило.

Если мне память не отказывает, все инженеры нашего города собирали телецентр. Были приглашены из Норильска специалисты. Оборудование было привезено с выставки в городе Москве. А устанавливали его люди, которые просто обожали Игарку. В их числе были инженеры связи Борис Барышев, Анатолий Малахов, Володя Роговицкий и работники аэропорта. Все было сделано быстро и качественно. А сам Федирко пригласил нашего Славу Орлова, инженера связи и сказал ему – ты будешь мастером, а я рабочим. Он был прост. Так создавалось телевидение в Игарке.

Павел Стефанович всегда и во всем поддерживал нас, был примером для меня лично, он принимал меня в партию. По инициативе П.С. Федирко при доме культуры начинает свою работу народный драматический театр.

А заведующая отделом Клара Михайловна Потопаева, супруга П.С. Федирко, лично этим занималась. Прекрасный человек Клара Михайловна, благодаря ей мы получили звание «народного» театра. Это ее заслуга. Я получила в дар от Клары Михайловны книгу «Не придуманные истории». Почитайте ее зарисовки, стихи, и вы поймете, какой это интересный, тонко передающий переживания человек.

Меня всегда удивляет, почему раньше первые лица города были хорошо осведомлены о работе всех служб в городе, почему они обо все беспокоились. Вот, например, Дмитрий Захарович Соболев, 1-й секретарь горкома партии, говорил часто: «Я, как ночной сторож, знаю, что происходит ночью в городе». А утром они с Геннадием Степановичем Радаевым обходили город, а потом вызывают на ковер нерадивого руководителя, у которого столб падает, а он не видит… Геннадий Степанович Радаев работал с 1964 года 2-м секретарем горкома партии в Игарке, а с 1969 года до 1973 г. – 1-м секретарем горкома партии. Вместе с Федирко он начинал строительство 1-го микрорайона в Игарке, они же стали заниматься дорогами впервые. Старшему поколению в Игарке так называемое радаевское кольцо вокруг 5-го микрорайона, который строился одновременно с 1-м микрорайоном. А Д.З. Соболев, 1-й секретарь горкома партии, добился строительства нового здания горкома партии и спортзала для педучилища.

Не знаю, может быть, мы жили в другом времени, но считаю, что старшие товарищи нам показывали отличный пример. Контроль в любой сфере был очень жестким. Я помню такие моменты: Неля Доросевич, которая была главврач СЭС, идет с проверкой в любой магазин, а там уже пылинки нет ни одной и все продукты согласно ГОСТУ. А Лидия Ивановна Горева, партгосконтроль, она могла генерала в приемной отчитать. Я лично ей очень благодарна. Она мне помогала в становлении как специалисту.

Рядом с нами много было хороших людей. Навсегда сохранилась память о Е.Б. Гуртовой, которая работала в интерклубе, затем директором кинотеатра. Елена Борисовна – участница Великой Отечественной войны, дошла до Берлина, жила там много лет. Очень порядочный, достойный во всех отношениях человек. Прекрасный, чистый человек. Я была очень близка с их семьей. Они жили по Игарской, я на Горького. Вечером они меня с Юрием Михайловичем Криворучко провожали до дома, мне было одной ходить боязно. И вот однажды Елена Борисовна мне сказала, когда она служила в Германии, ей одной приходилось ходить через лес. С этого дня я стала ходить одна.

 


 Автор: Сергиенко Татьяна Андреевна

Пожар в городе Игарка. 1962 год


Я родилась в 1954 году. Жили мы в старом городе по улице Шмидта, дом 34. Когда был пожар, мне было 8 лет. После пожара старый город не пострадал. Новый город от пожара изменился до неузнаваемости. Мне запомнился новый город до пожара. Мама брала меня к своей приятельнице по работе к тете Зое Гириной, она жила в новом городе по Морской улице. Помню, мы шли к ней от остановки по деревянной дороге, рядом находились узкие деревянные тротуары, доски были сбитые огромными гвоздями. По дороге нам попадались одноэтажные деревянные дома, они были построены с завалинками, около домов находились палисадники, там росли цветы, за домами были небольшие огороды, люди держали животных: коров, свиней, куриц. Тетя Зоя жила в деревянном двухэтажном доме с балконами, вокруг дома был палисадник, там росла высокая сочная трава и деревья. Рядом стояли сараи. На крыше сарая была построена голубятня, там находилось много голубей. Около всех домов было чисто, уютно. Вечером мы с мамой возвращались домой, напротив памятника Ленина находилась танцплощадка, там играл духовой оркестр, на танцы ходили только взрослые, кому было за 30 лет. Народу было много. Я с чувством детского восторга смотрела на танцующие пары.

Помню, в летние время проходили гуляния в речпорту, Мама нас тоже туда возила. Там было много народу. Люди располагались со своими семьями на траве. Вид был красивый, мы любовались природой и Енисеем, на реке стояли огромные морские суда. Играла музыка через громкоговоритель. На берегу находились буфеты, куда мы бегали за сладостями, а там продавали газированную воду с сиропом и без сиропа. Рядом находился парк для детей, там было так красиво. При входе в парк был деревянный тротуар, везде была зеленая трава, росли высокие хвойные деревья, было чисто, везде стояли мусорницы. В парке были качели, карусели, самолёты, проходили различные аттракционы. Мне запомнились соревнования на высоких ходулях. Когда мы возвращались домой, я видела негров, до пожара к нам приходили иностранные суда. Я помню к ним бежали ребятишки и просили у них жвачку: «Камрад, гумма ее». Они их угощали, угостили и нас с братом, вкус жвачки был необыкновенный, он до сих пор стоит у меня во рту.

27 июля 1962 года большой игарский пожар полностью уничтожил склад готовой продукции комбината и 159 тысяч кубометров экспортных пиломатериалов, хранившихся на нём. В огне пожара, перекинувшегося на город, сгорели 65 жилых и административных зданий, два магазина и контора рыбкоопа, родильный дом, аптека, ясли, два только что отстроенных общежития Северного городка, сгорел деревянный мост через Медвежий лог. Кроме жилья, город понёс невосполнимые утраты - огонь уничтожил двухэтажные здания, в том числе музей и интерклуб.

Вот что вспоминают очевидцы об этом:

Воспоминания Левашовой Клавдии Федоровны:

Левашова Клавдия Федоровна это моя мама. « Во время пожара мне было 35 лет. Я работала на ЛПК во 2-м лесоцехе торцовщицей посменно. В этот день я работала во вторую смену. День был жаркий, я постирала бельё и пошла его полоскать на Игарскую протоку. Вдруг я услышала сирену и увидела высокий столб черного дыма. Когда я вернулась домой, на улице было очень много народу, была паника. Люди кричали, плакали от испуга. Я залезла на крышу нашего двухэтажного дома, было такое впечатление, что огонь был близко, горящие доски преодолевали большие расстояния, приземлялись на крыши домов и во дворы. В то время я думала только о своей дочери, которая была в пионерском лагере. Я не знала, что с ней, как к ней добраться, побежала к протоке, там никого не было, знала, что больше никаким путём я не доберусь в новый город, так как он горел. Жителям старого города было предложено брать документы и идти к Игарской протоке. Но мы с соседями решили остаться в своём доме, мы залезли на крышу и всю ночь провели там. Гузанова Альбина, Уланова Тоня, Середа Катя, Никонова Валя и я сидели на крыше дома, наблюдали за пожаром, так как к ЛПК никого не пускали. Вся душа моя выболела в то время, я думала о дочери, переживала за неё. Когда закончился пожар, я бежала из старого города до пионерского лагеря около 10 км без остановок, город был весь в дыму, я задыхалась от угарного дыма, в голове моей были разные мысли о дочери, в новом городе я видела, как догорали дома, лежали везде горящие головёшки. Не только взрослые, но и ребятишки помогали тушить огонь, вручную таскали воду тазиками и ведрами. В этой беде я увидела сплоченность людей».

Воспоминания Сергиенко (Нагибиной) Татьяны Андреевны:

« В 1962 году мне было 8 лет. Я отдыхала в пионерском лагере «Мечта», который находился за нашим городом на берегу Енисея. Утром мы позавтракали, на линейке нам вожатые сказали, что сегодня будет жарко, и мы пойдем купаться на Енисей. Из нашего отряда я первая увидела столб дыма и сообщила об этом вожатым. Они полезли на крышу. Спускаясь с крыши, они в панике стали кричать. Была дана команда построиться всем четырём отрядам. Пока мы строились, в это время привезли детей из детских садов города. Они были все напуганы, от страха плакали, плакали и мы. Всех детей нужно было эвакуировать, так как рядом с лагерем находилась нефтебаза. Нас повели к Енисею, чтобы перевезти в Старую Игарку на противоположный берег Енисея. Мы видели, как пассажирские пароходы и иностранные суда проплывали мимо нас. Мы им кричали до хрипоты, но никто не подавал нам гудков, тогда мне стало страшнее, что мы никому не были нужны. Нас повезли на двух катерах, я познакомилась с Катей, привезли из садика «Мотылёк», ей было 4 годика, она плакала и тряслась от испуга, а я успокаивала. Когда мы приехали в Старую Игарку, помню, у меня было такое бессилие от испуга и переживания, что я не в состоянии была подняться от берега к Старой Игарке, мне помогала наша вожатая. Я помню, там был такой воздух свежий, огромные огороды, коровы. В Старой Игарке нас поселили в большой длинный дом. Мы зашли в этот дом с плачем, женщины нас успокаивали. Нас посадили за огромный стол, налили молоко и дали горячий хлеб. После этого мы пошли все на берег. С берега Старой Игарки был хорошо виден наш город, я видела красные языки огня и черный дым. До сих пор у меня этот пожар стоит перед глазами, хотя прошло уже 50 лет. Я время думала о маме и брате, где они, что с ними, мне в голову приходили всякие мысли. На следующий день мы вернулись в пионерский лагерь. К нам в лагерь стали приходить родители, я с нетерпением ждала свою маму, постоянно выбегала на дорогу. Вблизи лагеря было очень много дыма, я всматривалась во всех прохожих и вдруг вдали я увидела свою маму. Я бежала к ней навстречу и про себя думала: «Жива, жива моя мамочка». Мы с ней встретились, обнялись и долго плакали, она меня на радостях целовала, обнимала, лицо было в копоти от дыма. Я взяла в лагере свои вещи, и мы пошли с мамой домой. Когда мы подходили к новому городу, стоял удушливый дым, долгое время мы шли по горящим головёшкам, у меня подошва на тапочках прогорела. Я видела, как дома догорали, на пути нам попадались обуглевшиеся вещи, выгоревшая трава, деревья. Мы шли, и мне было очень страшно и больно это видеть. Когда подошли к старому городу, я видела людей, которые стояли на дороге, одна женщина подошла к маме и попросила чтобы мама взяла с мужем к себе, так как их дом сгорел, маме было жалко их, и она без всякого сомнения согласилась. В одной комнате жили мы - мама, брат и я, а в другой - тетя Люба и дядя Вова. Они тоже работали на ЛПК. Мама сразу же поделилась своими вещами с тетей Любой. Жили мы дружно. Мама каждое воскресенье стряпала для всех пирожки с картошкой и капустой. Мы были как одна семья. Как-то мама пришла с работы уставшая, дома хлеба не было, на улице был мороз -56 градусов. Я пошла в магазин, напротив нас был «16-й магазин», зашла в магазин «Чайка», хлеба нигде не было. Пришлось мне идти наверх в магазин «8 марта», около ДК ЛПК. Там я купила хлеб и трёхлитровую банку красных маринованных помидор за 1руб. 15 коп. Помню, мама меня сильно ругала, так как она мне дала последние 5 руб. Но тетя Люба за меня заступилась, дала маме в долг деньги. Однажды мы собрались с ребятами в нашей ограде. Вася Чикуриди был старше нас и сильно избалованный, у него был велосипед, он спросил: «Кто может засунуть палец в шестерёнку», я засунула правый пальчик, а он крутанул педаль. Мой палец сразу же оборвался, висел на одном сухожилии, я громко кричала от боли, кровь лилась фонтаном. Мама была на работе, а тетя Люба была дома, она подбежала ко мне, обмотала палец бинтом, какими-то тряпками, но кровь проходила равно, тогда она обмотала шалью. Договорилась с соседом, они увезли меня в медпункт. Маму вызвали с работы, она слезно просила хирурга, чтобы пальчик у меня не был культяпый, чтобы его пришили. Я благодарна маме, что она приняла правильное решение. Очень часто я мыла общий коридор за нас и за тетю Любу, воду нам привозили один раз в неделю, во вторник, когда были все на работе, я носила воду на две семьи. Мы жили на втором этаже, таскать воду было тяжело, ведра были 10-литровые, я носила полведра. За мою доброту и заботу тетя Люба купила мне китайский шерстяной шарф, на нем были яркие разноцветные полосы, шарф был мягкий и теплый. Таких вещей я ни разу не носила, радости не было предела. Я его носила сначала только по праздникам. Помню, мы с ребятишками просили дядю Вову, чтобы он нам приносил влажные доски с комбината, мы прыгали на них. В своей ограде мы с ребятами устраивали концерты на радость своим родителям и соседям. Дядя Вова сделал для нас сцену. Моя мама умела хорошо шить, когда тётя Люба узнала об этом, они подарили ей швейную машинку. Мама из дешевой ткани шила нам с братом красивые вещи, мне юбку «татьянка», платье на кокетке. Брату - спортивную рубашку с накладными карманами. Мама себе и тёте Любе шила приталенные модные платья и юбки, а дяде Володе сшила костюм -пиджак и брюки в дудочку, а также выполняла заказы, стяжила фуфайки. Тетя Люба с дядей Вовой у нас прожили 2 года, мы так сроднились с ними. Нам было трудно с ними расставаться. На все праздники они приезжали к нам. Мы с мамой лепили много пельменей и замораживали их в сарае, когда наши соседи уезжали домой, мама им давала с собой мороженые пельмени. Пока они жили в Игарке, мы с ними поддерживали тесную связь. В 70-х годах они уехали к себе на Украину, даже оттуда они нас не забывали. Помню, зимой мы получили от них посылку с салом. В 1986 году мне пришлось побывать в Киеве. За это время я закончила училище, институт. В летнее время я работала экскурсоводом в Игарском турбюро. Мне турбюро предложило везти группу из ЛПК в Киев. Там я встретилась с тетей Любой и дядей Вовой. При встрече были слёзы радости. Я была уже взрослой, не та Таня, которая была в 60- х годах. Встреча проходила в тёплой обстановке. Мы вспоминали дни после пожара, как они жили у нас, мы с ними плакали, чему-то радовались, они расспрашивали у меня про маму, маме они были благодарны за то, что она им помогла в трудную минуту. На память нашей семье они подарили украинскую хрустальную вазу. До сих пор стоит эта ваза у мамы дома в Шушенском, она часто вспоминает добрыми словами тетю Любу и дядю Володю».

Воспоминания Мельковой Галины Федоровны:

«Я жила в старом городе. До пожара лежала в больнице. Когда я увидела пожар, я побежала в старый город домой через мост. Ветер повернул в сторону нового города, люди выбегали из своих домов, слышала детский плач, люди в панике били окна в своих домах и выбрасывали вещи на улицу. В такой суматохе я не замечала, как мне попадали горящие угольки на волосы, и я их скидывала с головы, а когда прибежала домой, мой нейлоновый платок весь сгорел. Пожар был очень сильный, на небе солнце было похоже на желток. Небо было черное. Люди в панике собирали свои вещи и вытаскивали их на улицу. Пожар тушили с вертолетов и самолетов ИЛ-2. Пожарные танки ехали прямо в огонь и стреляли из пушки водой. После пожара несколько дней стоял дым, везде были головешки, было все черное, стояли обгоревшие дома».

Воспоминания Макары (Карской) Ольги Львовны:

В то время мне было 10 лет. Жила я на втором участке в одноэтажном бревенчатом доме. В жаркий июльский день я с подружками играла около дома с маленьким резиновым мячом в «в десятки - девятки», как вдруг кто-то из проходящих мимо закричал: «Пожар-пожар!» Все девчонки полезли на крышу дома, чтобы посмотреть, где случился пожар. Взобравшись на самую высокую точку крыши, мы увидели, как над территорией ЛПК поднимался огромный столб дыма и большие языки пламени. Пожар разгорался быстро и с такой силой, что слышен был треск горевших штабелей пиломатериалов, доски взлетали вверх, как перышки, перелетая с одного пакета на другой. Люди спасали своё имущество, вытаскивали все из своих домов. Пожарные не могли справиться с огнем, все работники комбината бежали на помощь, но пожар не прекращался. Пожар бушевал очень долго, много было потрясений и переживаний. После пожара было страшно смотреть на сгоревшие развалины домов, на выжженную траву, обгоревшие деревья и всю территорию комбината».

Воспоминания Виктора Никитича Дорожкина:

«В этот день мы с женой находились дома, в окно залетела горящая палка. Вдруг загорелся деревянный подоконник. Мы бросились к бочке с водой и начали черпать воду ковшами и тушить подоконник. Когда мы выбежали на улицу, то с ужасом смотрели на то, что творилось в городе. На улице было жарко. Дул ветер в сторону нового города. Горящие доски падали на крыши домов, сараев. Люди были в панике, со всех сторон были слышны плач, крики».

Воспоминания Гробовой (Кочетовой) Галины Николаевны:

«В то время мне было 12 лет. Жили мы в старой части города по улице Пионерской. В этот день стояла жаркая погода. Мы с друзьями находились на речке, на берегу стояло много деревянных лодок, рядом с которыми ребятишки устраивали свои игры. Все с удовольствием ныряли, плавали и вдруг услышали громкую сирену. Над территорией ЛПК увидели три столба огромного дыма. Мы бросились бежать к месту пожара, мимо нас на большой скорости проезжали пожарные машины и машины скорой помощи. Все население из старого города бежало, все хотели оказать помощь при тушении пожара. Нас не пускали на территорию ЛПК и приказали быстро уходить домой и находиться дома. Надо себе представить, какой силы был огненный смерч, который образовался при горении штабелей пиломатериалов, хранившихся на складе готовой продукции лесокомбината. Он, как пушинки, захватывал горящие головешки и кидал их на большое расстояние на противоположный берег лога, где стояли жилые дома игарчан, и музей, который пользовался большим интересом у горожан. В тот июльский день многие жители города остались без жилья. Все дома на склоне сгорели в пламени пожара. Сгорел деревянный мост, соединяющий старый и новый город. В то время в протоке стояло много иностранных морских судов. Во время пожара все эти суда вышли из протоки на Енисей, подальше от очага пожара. Никто из иностранцев не оказал никакой помощи при тушении пожара, хотя могли. На этих судах были установлены мощные насосы, которые могли подавать воду прямо с судна в очаг возгорания. Пожар тушили своими средствами, которых не хватало. Последствия пожара были ужасными».
Воспоминания Зенченко Ольги Ивановны:
«Когда был пожар, мне было 12 лет. Жили мы в новом городе по Морской улице, в двухэтажном доме. День был жаркий, ветер дул в сторону нового города. Горящие доски летели на дома, горела трава. Все было деревянное, поэтому огонь быстро уничтожал на своем пути. Было очень страшно. Над городом стояло большое красное облако от огня, дыма и пепла. Жители старого города бежали к мосту в новый город на помощь. Все тушили пожар: и стар и мал. Мужчины стояли на крыше, а женщины и дети носили ведра с водой. Мужчины поливали, так как деревянные дома быстро нагревались от огня и солнца. Жители спасали домашних животных: коров, свиней, кур. На следующий день после пожара люди ходили по пепелищу. Под углями был еще огонь, стояли кирпичные трубы от печек, обугленные кровати, битые стекла, посуда в саже, ведра, тазы. Прошло 50 лет после пожара, все заросло травой, кустарниками. Сама природа плачет, вспоминая эту трагедию».

Воспоминания Фоминой Татьяны Николаевы:

«Наш дом стоял в Медвежьем логу, это был частный дом. Располагался он совсем близко к ручью в логу, на склоне. С противоположной стороны на другом склоне за забором был уже лесокомбинат. Улица наша называлась Пионерской, позднее это название перешло к другой улице в старом городе, которая именовалась Трудовой. В начале пожара ветер дул в сторону старого города. В этот день стояла жаркая и ветреная погода. Но потом ветер поменял направление и подул в сторону нового города, т. е. в нашу сторону. Вначале родители вместе с соседями пытались отстоять дом, поливали его с крыши водой, но было очень жарко, сильный ветер, вода кипела в ручье. Стали выносить вещи подальше от дома и от комбината. Доски и головешки от горевшего дерева летели через нашу улицу дальше и там стали гореть дома. Наш дом оказался в кольце огня. Дом и все вещи сгорели. До сих пор страшно вспоминать эту историю, то горе, что перенесли мы».

Воспоминания Труной (Поповой) Ларисы Львовны:

«Во время страшного пожара в 1962 года мне было 5 лет, но я помню панику в городе. Мама и бабушка собирали вещи, связывали в узлы и были готовы покинуть квартиру. Мы жили в новом городе по улице Орджоникидзе. Помню дым клубился, летали головешки, было очень страшно. После пожара пепелище долго вызывал страх у людей, люди долго рылись в пепле, старались найти несгоревшие свои вещи».

Воспоминания Яковлевой Амалии Александровны:

«В этот день я была на работе - на приёмке леса и вдруг неожиданно увидела столб дыма на бирже сырья. Заводы подавали громкие гудки, все бросили работу и побежали на биржу. Сильный ветер поднимал горящие доски до Северного городка. Загорелся мост между Северным городком и Старым городом. Иностранные суда отказались тушить пожар и отплыли дальше от берега. Люди в панике выбегали из домов. Взрослые и дети поливали дома, чтобы огонь не распространялся дальше. На помощь пожарникам были вызваны самолёты для тушения. Люди дежурили день и ночь, поддерживали друг друга. Пожар тушили 2 дня. Новый город сильно пострадал».

Возрождение города после пожара

Весь мир облетела весть о пожаре в Игарке. Только в нашей стране о нем ничего не было сказано. Игарку не оставили один на один со своей бедой. В город приехали сотни строительных бригад. Приезжие жили в палаточном городке. Позднее эту улицу назовут в честь Строителей. Перед строителями стояла, казалось, невыполнимая задача: за 80 дней, оставшихся до зимы, необходимо было построить 26 домов. Город представлял большую строительную площадку. Новостройка преобразила его до неузнаваемости. В каждом уголке Игарки шло какое-либо строительство. К осени была построена новая дорога по мосту через Медвежий ручей, которая связала обе части города. Советское государство все сделало для того, чтобы наш город жил и трудился на благо Родины. Игарские лесопильщики за свой ударный труд были удостоены большой награды Родины Ордена «Знак почета», который был вручен городу в 1979 году. 

Комментарии:  

#1 А.Т. » 01.01.2013 23:01

Уважаемые Игарчане ! По работе мне понадобилась информация о Вечной Мерзлоте, никогда не был и не видел что это такое, случайно вышел на Ваш Музей и поразился, такое обилие Творчества и Добрых людей на почти краю света ! Теперь Игарка стала ближе, буду чаще заходить на Ваш сайт, я Вам искренне сочувствую в Вашей борьбе против засилья чиновников - как у Гоголя и Островского в Х1Х веке, надеюсь что ВЫ победите как наша Родина в 1812 и в 1945. Подумалось : Вам необходимо сделать рекламу на английском языке, выйти на международный уровень - уверен должны появиться люди готовые заплатить чтобы увидеть ЕДИНСТВЕННЫЙ в Мире Музей и красоты естественной Природы !!! Успехов Вам и лучшего достойного Будущего ! Александр
0 +−

А.Т.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Навигация сайта

Семейство Лансере-Бенуа

Регистрация